МАСТЕР

В 2017-ом году Юрий Григорович отпразднует свой 90-летний юбилей


 
Grigorovich-new_by Damir Yusupov.jpg

Григорович. Простая фамилия. Десять букв. Но попробуйте произнести эти простые десять букв в стенах Большого театра… Как раскалится воздух, какой ненадуманный трепет вы увидите в глазах артистов! Юрий Григорович – поистине символ Большого балета, уже более полувека властитель душ и дум. Конечно, как любой новатор он не мог не подвергнуться временному изгнанию. Но видим ли мы тени недоброжелателей сегодня? Свет таланта русского хореографа сияет со сцены, уже новое поколение молодых танцовщиков Большого дышит воздухом его балетов, и для них они – сама жизнь.

Сегодня его именуют не иначе, как Мастер. Однако, великий Мастер умел быть великим учеником. Когда в далёком 1957-ом году, в театре им. Кирова, Григорович ставил балет «Каменный цветок», открывший новую эру русского хореографического искусства, он, племянник знаменитого танцовщика императорского Мариинского театра Георгия Розая, выпускник Ленинградского хореографического училища, трансформировал прошлое: возрождал сложные формы хореографического симфонизма (берущие своё начало в творчестве Петипа), использовал смелые акробатические поддержки, вдохновляясь опытом хореографов двадцатых годов (в первую очередь, своего учителя Фёдора Лопухова), уделял внимание фольклору, столь любимому в СССР, и придающему яркость театральному действу, и добивался того, чтобы его хореографическое произведение в своей драматургической стройности не уступало шедеврам драмбалета. Прибавим к этому обретение единомышленника в лице художника Симона Вирсаладзе, чьи лаконичные декорации и лёгкие костюмы давали танцу абсолютную свободу, подчёркивали его выразительность.

#1.jpg

Ферхад - Денис Родькин; Мехменэ Бану - Светлана Захарова.

Григорович стал хореографом новой формации, еще ярче утвердив свои принципы в восточном балете «Легенда о любви» (1961, театр им. Кирова), повествующем о художнике, пренебрегающим мелким личным счастьем и идущим на подвиг во имя спасения народа от жажды. Вскоре и сам Григорович оказался в подобном героическом положении, получив в 1964-ом году от  директора Большого театра Михаила Чулаки предложение стать главным балетмейстером и спасти первый театр страны от творческой засухи.

Он принял предложение. И ему удалось это сделать. Григорович умел вести за собой людей. Как сегодня, так и полвека назад его творчество находило отклик в молодых сердцах, готовых следовать непроторенными путями. Своими спектаклями он воспитал плеяду творческих личностей, чьи имена стали Легендами: Владимир Васильев, Екатерина Максимова, Наталия Бессмертнова, Марис Лиепа, Михаил Лавровский, Марина Кондратьева, Людмила Семеняка, Борис Акимов, Нина Семизорова, Ирек Мухамедов, Александр Годунов… И даже сегодня, в эпоху развитого пиара, их славе остаётся только удивляться.

#2.jpg

Мехменэ Бану - Светлана Захарова.

Юрий Григорович всегда был борцом – умным и смелым борцом за честное, красивое, настоящее искусство. Став главным советским балетмейстером, обласканным властью, и будто бы создающим балеты во славу господствующей тогда коммунистической идеологии, на самом деле он оставался человеком широких взглядов, казалось, подключённым к некому вселенскому разуму, тонко  чувствующим грань между тленным, сиюминутным и вечным.
Правильно высказался о хореографе солист Большого балета  (1962 - 1983), а ныне балетмейстер-репетитор Валерий Лагунов: «В любое время появлялись особо талантливые люди, которые, воспевая своё время, становились выше него. Григорович – из их числа».    
Балеты Мастера действительно бездонны, универсальны по своему внутреннему содержанию. Яркий пример тому «Спартак» – созданный в годы атеизма образ мусклистого пролетария, идущего на смерть ради того, чтобы подарить другим веру в торжество сильной личности.

По сути, Григорович сам Спартак, который вышел из боя полным победителем, не позволив мощной государственной машине смять  свой талант и таланты людей вверивших ему свои судьбы. Сохранились кадры, где Юрий Григорович, отмечая своё шестидесятилетие на сцене Большого, обращается дерзко и весело к окружившим его артистам, говоря: «Вы молоды, а я не так уж стар, и я верю в то, что мы ещё можем создавать что-то новое и интересное, чтобы всем расхотелось сидеть на собраниях, а захотелось бы заниматься делом». Вот он истинный Григорович – свободный художник, который, кстати, никогда не был членом партии.

#3.jpg

Ширин - Анна Никулина; Ферхад - Денис Родькин.

Не об этом ли его редакция  балета «Лебединое озеро», которая не прошла цензуру в 1969-ом и стала возможной только в 2001-ом. Не увидела ли правящая верхушка советских праведников в губительных объятиях Злого гения, убивающих белого лебедя (символ Абсолюта искусства) аналогию со своими, держащих в плену всех художников и решающими, что полагается – что не полагается, губящих души безвинных инакомыслящих?

Когда ещё до назначения Юрия Григоровича главным балетмейстером Большого, консерваторы, «оскорблённые» ярким эротизмом дуэтов его балета «Легенда о любви», говорили, что это не будущее советского балета, они, как в воду смотрели… Григорович не стал только советским балетмейстером, и «не умер», когда понятие СССР стало воспоминанием. Григорович – в первую очередь, русский балетмейстер. А его хореографические дуэты сегодня кажутся нам бесподобными. Они именно о любви между мужчиной и женщиной, об огромном чувстве, вбирающем в себя всё: испепеляющий экстаз страсти, простую человеческую чуткость и нежность, полное духовное взаимопроникновение. Современным хореографам, благополучно пережившим бурную сексуальную революцию, нужно учиться у Мастера умению говорить о желании со вкусом и не быть пошлым.

В мире мужского танца, Григорович, безусловно, совершил революцию, отучив мужчин от галантной лени. Его балеты требуют поистине солдатской муштры – внутренней героической струны, невероятной силы, выносливости, умения летать в прямом и переносном смысле слова, и конечно, не бояться ответственности за женщину, выполняя экстремальные поддержки.

#4.jpg

Ферхад-Денис Родькин.


Марина Кондратьева, балерина из плеяды Григоровича, вспоминает, что, когда создавался балет «Спартак» артисты ходили и выпрашивали подключить их к «священнодействию» создания нового, умоляли дать возможность примерить на себя эти образы, попробовать хореографию. Аналогична ситуация и сегодня. Без ведома самого Мастера попасть в его спектакль невозможно. Тот, кто танцует балеты Григоровича – безусловно, избранник. Исполнителю ведущей партии мало обладать внешней привлекательностью и быть технически подкованным. Всех своих героев хореограф создавал по своему образу и подобию, они сильны духом. Современные руководители балетной труппы Большого театра, взращивая кадры, могут ставить молодёжь, в качестве пробного камня в другие спектакли репертуара – в которых можно поточить носок, засветиться в рядах солистов и «бесшумно исчезнуть». Но для спектаклей Григоровича такие маневры не срабатывают  – его спектакли требуют понимания жизни, особой внутренней чистоты и глубины.

Григорович всегда осознавал меру ответственности, на него возложенную, всегда помнил свою миссию, и, руководствуясь исключительно приказами Музы, он создал  свой «Каменный цветок.» В определенном смысле, «Каменный цветок» балетмейстера Григоровича – это Большой театр, и те, кто творят в нём сегодняшнее искусство, понимают и передают из уст в уста заветы Мастера: движение, как эмоция, связанная с мыслью, танец – как источник личностного поиска, каждый спектакль – как о философское откровение.

Фотографии Михаила Логвинова. Балет "Легенда о любви"

Фотографии предоставлены пресс-службой Большого театра России


Автор: Вера ЧИСТЯКОВА


О нас Контакты Mediakit Hecho a mano Manofactum